Тропы судьбы женщины Востока


     


автор: Муртузалиева Екатерина
очерк "Тропы судьбы женщины Востока"
    


          Судьба женщины, ее роль как прародительницы человеческого рода, хранительницы домашнего очага интересовала людей едва ли не со времен Адама и Евы, и судьба эта никогда не была легкой, как путь её не был безоблачным и усыпанным лепестками роз. Патриархат и матриархат в истории человеческого общества, идеи эмансипации и феминизма всегда вызывали яростные споры у сторонников того или иного общественного движения. Красота Елены стала причиной войны между ахейцами и троянцами в древней Греции, а уж любвеобильность Зевса была воспета во множестве античных мифов. Подобные примеры есть во множестве мифологий народов мира: отношение к женщине возвышало или повергало в прах целые народы, цивилизации, становилось яблоком раздора между религиозными конфессиями, в светском обществе.
          Мне кажется важным и интересным познакомить моих читателей — граждан разных стран, представителей разных национальностей и вероисповеданий — с некоторыми вехами исторической судьбы женщин Дагестана и Востока. Мы прикасаемся к теме Востока еще в детстве. Нас очаровывают сказки «Тысячи и одной ночи», рассказанные красавицей Шахерезадой, мы читали и смотрели в детстве фильм по сказке «Волшебная лампа Аладдина», один из исторических «блокбастеров» российского кино — фильм «Белое солнце пустыни» — знали едва ли не наизусть, а выражение «освобожденная женщина Востока» по сей день вызывает в нас добрую улыбку. Абдулла, роль которого блистательно исполнил красавец-джигит Кахи Кавсадзе, его гарем и судьба Гюльчатай, многоженство, ношение паранджи — всё это казалось невероятной экзотикой и дикостью. Кстати, сам фильм снимался на восточном побережье Каспийского моря, но эпизод с огромной бочкой, в которой прятался брошенный гарем Абдуллы, снимали у нас, в Дагестане, еще мои университетские преподаватели рассказывали, что эта бочка стояла на берегу моря между моим родным Каспийском и Махачкалой. Да, одна из бразильских мыльных опер, прошедшая на экранах многих стран мира — телесериал «Клон», — дала нам подробную картину положения марокканской женщины, и эта экзотика тоже вызвала у зрителей интерес.
           Литература Востока имеет историю не менее древнюю и славную, чем европейская, и героям, скажем, Шекспира — Ромео и Джульетте, Дездемоне и Отелло (ой, а ведь тут уже смешение традиций и культур, ибо ревнивец Отелло был мавром!) — либо поэтам и их любимым музам — Данте и Беатриче, Петрарке и Лауре — есть аналоги в восточных литературах разных народов: Лейла и Меджнун, Тахир и Зухра, Фархад и Ширин, Махмуд, известный аварский поэт, автор многих стихов и поэмы «Марьям», и его возлюбленная Марьям (если вспомнить о дагестанской литературе)…
Но, мои читатели, перейдем от краткой исторической справки к завязке нашего повествования, а выступит в качестве завязки один анекдот.
          Идут как-то по аулу муж и жена. Жена вопреки всем мусульманским традициям почему-то шествует впереди мужа. Походят они к годекану — сельской площади, месту сбора аульских мужчин, убеленных сединами аксакалов. Вдруг с годекана раздается голос: «Эй, Магомед! Почему твоя жена идет впереди тебя?! Ведь Кораном это запрещено! Жена должна идти позади мужа!» Магомед приостановился, поздоровался с аульчанами и ответил: «Э-э-э, уважаемые… Когда Мухаммед, пророк наш, от Аллаха Коран получал и записывал, мин не было!»
          Этот анекдот позволяет сформулировать сразу две темы: женщина на Востоке, женщина и ислам. Темы эти весьма политизированы, подаются весьма тенденциозно, причем эта тенденциозность часто граничит с отсутствием толерантности, такта как со стороны политиков, общественных деятелей, так и со стороны представителей религии, среди которых попадаются воинствующие догматики, не дающие простым людям разобраться в существе вопроса. Отсюда сложившийся стереотип: женщина в исламе — существо забитое, подневольное и вообще не человек, потому что, якобы, у нее нет души .
          Попробуем же разобраться, так это или нет, используя достоверные сведения о догматах ислама, традициях и обычаях народов Дагестана, историю, элементы этнографии, произведения дагестанских авторов. С другой стороны, мне хотелось бы избежать апологии, идеализации положения женщины на Востоке, в мусульманском мире, памятуя, что главный дар Господа, сил Высшего Разума (называйте как пожелаете) — это дар свободы со всей вытекающей из этого ответственностью и то, что приемлемо в одном социуме, может быть чуждо другому, то есть это не вопрос оценки, а скорее фактор влияния культурологических и конфессиональных традиций, при условии, что они не насаждаются насильно. Здесь, пожалуй, стоит вспомнить, что христианство мирно пришло в Дагестан много раньше ислама, который насаждался в стране гор огнем и мечом, но с течением веков врос в кровь и плоть населяющих его народностей. Еще один немаловажный фактор, который следует иметь в виду, — это то, что в Дагестане межконфессиональных распрей не было и нет.
          Согласно исламскому праву женщина является живым человеческим существом, имеющим точно такую же душу, как мужчина. В Коране утверждается, что Господь сотворил мужчину и женщину из одной души, прочитать об этом можно в суре (главе Корана. — Е. М.) «Ан-Ниса» . В ней же важное место занимает мысль о праве на достойное существование обоих полов: «Мужчинам полагается доля того, что оставляют родители и близкие родственники; женщинам полагается доля того, что оставляют родители и близкие родственники» (Ан-Ниса, 7).
Известно, что доисламские арабы заживо хоронили своих новорожденных дочерей, боясь нищеты и позора, Коран же осудил этот обычай: «Когда кому-либо из них сообщают весть о девочке, лицо его чернеет и он сдерживает свой гнев. Он прячется от людей из-за дурной вести. Оставит ли он себе ребенка с позором или же закопает ее в землю? Воистину, скверны их решения!» (Коран. 16:58—59).
          И всё-таки рождение сына и рождение дочери по-разному воспринималось в Дагестане: сын — продолжатель рода, дочь, как гласила дагестанская пословица, — «камень для чужой сакли», и если рождение сына праздновалось с приглашением едва ли не всего аула, резали барана, варили шурпу, то рождение дочери подобных эмоций отнюдь не вызывало.
          Как-то в рецензии на одно из стихотворений знакомого поэта (на портале Стихи.ру), барда из Ростова-на-Дону Давида Экизова, армянина по национальности, я вспомнила об этой дагестанской пословице и привела ее. К чести Давида, он написал прекрасное стихотворение «Женщины». Не могу не привести это стихотворение в своем очерке, ибо его основная идея — поклонение женщине, матери — весьма близка к канонам ислама.

Женщины

Кто, словно скульптор, смешивая глину,
От камня отсекая лишний хлам,
Ваяет из ничтожества мужчину? —
Вы, Женщины, поверившие нам!

Вы — крепость духа и надежность тыла,
Веселье грёз и безмятежность снов.
Вы — та вода, что дерево вспоила
И оросила множество садов.

Вы — Женщины, отдавшие до капли
Тепло души и чистую любовь, —
Не камни, а фундамент нашей сакли!
Вы — стены вновь построенных домов.

Вы — наше «Я»!
Вы — наша «половина»,
Которая нас делает сильней.
Вы — аисты, несущие мужчинам
Желанных дочерей и сыновей!

          В одном из хадисов (предания о поступках и изречениях пророка Мухаммеда), который излагает Абу Хурайр, говорится: «Один человек спросил Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: “Кто из людей наиболее достоин моего хорошего отношения к нему?” Посланник Аллаха ответил: “Твоя мать”. Человек спросил: “А затем кто?” Он ответил: “Твоя мать”. Человек спросил: “А затем кто?” Он ответил: “Твоя мать”. Человек спросил: “А затем кто?” Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, ответил: “Твой отец”».
          В Дагестане всегда существовал культ матери. Мой отец и его братья практически ежедневно заезжают проведать свою маму, нашу абаку, невзирая на погоду, занятость и другие обстоятельства, заходят хотя бы на пять-десять минут, с маленькими подарочками: каким-нибудь угощением, лакомством; посидеть рядом с ней, подержать её за старенькую морщинистую руку, осведомиться о здоровье.
          С древнейших времен дагестанская женщина могла прекратить кровную месть, поединок между мужчинами, бросив между сражающимися платок. Об этом в своих стихах пишет Фазу Алиева, упоминается в различных этнографических источниках, в произведениях дагестанских писателей и поэтов.
          Ислам пришел с тем, что предостерег мужчину от несправедливости в отношении женщины. В прощальном хадже пророк Мухаммед заповедовал: «Страшитесь гнева Господа от того, чтобы относиться к женщинам несправедливо, поистине, вы женились на них и они — дар вам от Аллаха, и через слово Аллаха они стали вам дозволены».
С другой стороны, в Коране же сказано...

(Продолжение читайте в альманахе №4)


© Автор: Муртузалиева Екатерина

Комментарии, отзывы, ответы


Добавить Надежда Жандр
Большое спасибо за интереснейшую информацию: тема очень актуальна сегодня в Европе. Если есть ещё что-то по исламу, обычаям Кавказа - жду с нетерпением!
Отдельное спасибо за проделанную работу в нашем журнале! Скрупулёзно, с душой... Журнал получился достойный. В этом и твоя особая заслуга, Катенька!


Елена Л.-Б.
Хочется ЭТО сюда добавить!
Очень познавательно, Катенька!





© 2010«pod-nebom-edinym».
Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице, а так же непременно ссылаясь на источник pod-nebom-edinym.ru